19 декабря 2018Искусство, История

8 уникальных русских храмов, которые еще можно успеть увидеть

Arzamas начинает цикл материалов о редких архитектурных памятниках, которые вот-вот исчезнут из-за аварийного состояния. Первый выпуск посвящен уникальным храмам в разных частях России

Автор Александр Можаев

1. Итальянский Ренессанс в Тверской области

Краснохолмский Антониев монастырь основан в 1461 году пустынножителем Антонием: он поставил здесь часовню «для пропитания» и келью «для упокое­ния». Скромную обитель очень полюбил угличский князь Андрей Большой, и уже через 20 лет началось возведение белокаменного собора. Его детали и конструкции, возможно, говорят о том, что в строительстве участво­вал итальянский мастер из числа первых фрязинов  Т. е. итальянцев., прибывших в Москву в княжение Ивана Третьего  Иван Третий (1440–1505) — великий князь Московский с 1462 по 1505 год, государь всея Руси.. В авторстве даже подозревали великого Аристотеля Фиораванти: неизвестно, чем он занимался как раз в эти годы. По другой версии, Никольский храм строил неизвестный русский мастер, знакомый с самыми новыми веяниями.

В 1930-е годы пострадала самая ценная часть комплекса — говорят, колхозный трактор то ли нарочно, то ли случайно снес алтарь собора, а следом рухнули своды. Тогда же была разрушена трапезная c церковью 1494 года. Но и нетро­нутых построек XVII века — узорчатый надвратный храм, богатые кельи и баш­ня ограды — хватило бы, чтобы сделать монастырь украшением Тверской области. Это даже не глушь — монастырь находится на окраине райцентра Красный Холм, мимо проходит трасса Р-84, рядом железнодорожная станция. Удивительно, что вспомнили о заброшенном монастыре только в 2014 году, когда аварийные руины были переданы в ведение РПЦ.

В сентябре 2018 года в соборе, от которого остались три стены с фрагментами фресок XVII века, провели первую литургию. Были возведены леса и положена временная кровля, но реставрацией такого масштабного и уникального объекта может заниматься только государство. Сейчас община собирает деньги на подготовку документов, необходимых для заявки на госфинансирование.

Руины еще одного древнего монастыря работы неизвестного автора можно увидеть в Вологодской области: Корнилиево-Комельский монастырь никому не принадлежит, от разрушенной в 1930-е обители сохраняются останки трапезной палаты 1630-х годов.

2. Собор эпохи Ивана Грозного в калужском селе

Успенский собор бывшего города Перемышля (теперь тут село) — памятник, уникальный для провинции XVI века — и масштабом, и хитростью внутреннего устройства. Исследовавший собор реставратор Юрий Мосунов писал: «Перво­начально собор представлял собой необыкновенно сложную развитую струк­туру, которая по составу помещений, частей и элементов едва ли имела себе подобную среди построек времени Ивана Грозного».

Пятиглавый собор с трех сторон был окружен открытыми галереями. Под храмом находился подклетный  Подклет — нижний этаж храма. этаж, а еще ниже — подвалы, где были кладовые. Внутристенная лестница вела на хоры с двумя особыми палатами, предназначав­шимися для молитвы. Над апсидой находился тайник, основание центральной главы было решено в виде маленького храма, стоящего на сводах, и так далее. Исследователи отмечали странное сочетание сложности замысла и простоты фасадов, архаики и модных конструк­тивных приемов: судя по все­му, заказ князя выполнял «опытный зодчий, ментально принадлежащий ушед­шей эпохе». А может быть, напускная архаика является знаком опричнины, уважавшей строгость старых канонов: в 1562 году Иван Грозный отобрал Перемышль у героя взятия Казани, опального Михаила Воротынского, взяв город «на себя», то есть в свое оприч­ное владение, но через четыре года простил князя и вернул ему вотчину.

В 1969 году был подготовлен проект срочных работ на аварийном памятнике, но едва работы начались, рухнули своды. С 1972 года собор лежит в руинах, и с тех пор не принималось никаких попыток консервации трех сохранившихся стен, расколотых трещинами на отдельные сегменты. В 2016 году стало извест­но о начале восста­новления храма, однако дело ограничилось молебном и во­дружением креста на колокольню.

Среди других пропадающих памятников XVI столетия (а сохранившиеся по­стройки этого времени редки для России) — разрушенные в войну и с тех пор позабытые Предтеченская церковь в селе Каменные Поляны, которое уже не существует, на окраине Ленинградской области и Ильинская в Конёчках, всего в 8 км от Пскова.

3. Запоздалое узорочье в Ивановской области

Семнадцатое столетие может быть представлено постройкой, по факту относя­щейся к петровскому времени, но, как это бывало в провинции, выстроенной в лучших традициях прежней эпохи. Строительство церкви в селе Воскресен­ском (вотчина князей Прозоровских) Ивановской области началось в 1713 году. Храм имеет замечательный узорочный декор из тесаного кирпича и огромную двухэтажную трапезную, напоминаю­щую богатые московские палаты. Пяти­главие уничтожили в конце 1930-х, остальной объем порос деревьями и заметно разрушен. У прихода пока хватило сил лишь на восстановление небольшой теплой церкви и главы колокольни, стоящих по соседству.

Другая постройка той же эпохи погибает под Ульяновском — это так называемая Канадейская башня. Происхождение ее загадочно: то ли она была частью Большой Засечной черты — пояса укреплений, отражав­шего набеги крымских татар, то ли это шатровая часовня начала XVIII века. В 1970-е башня, в которой в советское время хранили колхозное зерно, начала разрушаться. Сейчас от памятника осталась треть.

4. Устюжское барокко в недрах Кировской области

Покровский погост на реке Лузе — это действительно даль: из Москвы 900 км до Устюга, оттуда 100 до Лальска, 17 км по грунтовой дороге до деревни Заборье и дальше еще 3 км пешком. Уединенная церковь, выстроенная местным купечеством в 1729–1751 годах, считается одним из лучших и наиболее тревожных адресов устюжского, или вятско-устюжского, барокко.

Речь о провинциальной архитектур­ной школе XVIII века, прекрасные образцы которой можно увидеть в Великом Устюге, Тотьме и соседнем Лальске. Школа примечательна тем, что провинциаль­ность в ней обуслов­лена лишь географией и непосредствен­­ностью: на самом деле это первостатейные памятники, которыми могла бы гордиться Москва, если бы не перестала в 1712 году быть столицей. Здесь есть черты нарышкинского и елизаветин­ского барокко, роскошь кирпичного декора и замечательная стройность пропорций.

Забытый храм стоит в прекрасном месте — излучина реки Лузы с широкими песчаными отмелями, вокруг бескрайние леса. Сейчас здесь совсем пусто, но в 1893 году передвижник Прянишников запечатлел нарядный и много­людный крестный ход через реку (картина хранится в Русском музее). Состоя­ние памятника тревожное — из сводов выпилены стягивавшие их железные связи. Кажется, что колокольню поддерживает жестяной ангел, пробитый насквозь ружейной дробью.

В 2015 году местные волонтеры уничтожили рощу на крыше и укрепили арки нижнего яруса. Однако спасти храм может только собственник. Епархия и область отказались брать памятник на баланс, мотивируя это отсутствием средств. Лальские прихожане сами собирают деньги на срочные противо­аварийные работы.

Неподалеку, в вологодских краях, в 2017 году рухнул другой аварийный памятник северного барокко. Покровский храм XVIII века в селе Замошье имел три главы над основным объемом и пять над трапезной. После обрушения из уникального восьмиглавого он стал пятиглавым.

5. Рококо в Липецкой области

Покровская церковь в селе Репец (нынешняя Липецкая область) выстроена в 1760-е годы в усадьбе отставного гвардейца Кожина. Это постройка совер­шенно столичного уровня и один из немногих в России примеров рококо в архи­тектуре. Храм украшен уникальной, невероятно богатой лепниной с объем­ными растительными украшениями. Краеведы предполагали, что к постройке могли быть причастны знаменитые мастера уровня Растрелли или Ринальди, но почерк настолько своеобразен, что вероятнее предположить авторство неизвестного европейского мастера. Образ райского сада в интерьере Покров­ской церкви трактован почти буквально — вместо колонн в храме рас­ставлены гипсовые стволы деревьев. Среди памятников русской архитектуры XVIII века не сохранилось ничего подобного.

К сожалению, уцелело немногое. Стены стоят до сих пор, но разру­шение купола в 1942 году повлекло за собой медленную гибель интерь­ерной лепнины. В 2010 году были установлены леса и вычинены своды трапезной, но на том все и кончилось.

В 2014 году закрылась школа, располагавшаяся в главном доме, и усадьба стала совсем бесхозной. Драгоценный подлинник может убить не только разруха, но и некачествен­ная реставрация — опыта бережной консер­вации руин в России практически нет.

Еще один памятник, разрушенный настолько, что его остатки можно сохранить лишь с помощью консервации, — церковь Троицы в Пятой Горе, которая находится в 50 км к югу от Петербурга, в безлюдном и очень живописном месте. Разрушение кровли в 1960-е годы привело к размыванию стен. С 2010-х памятник словно стекает в землю, недавно рухнули западная и восточная полуротонды, обвалился фронтон одного из портиков. Многочисленные обращения общественников к Церкви и государству ни к чему не привели. Потрясающий опыт волонтеров, остановивших разрушение столь же пропащей церкви-руины в вологодском Крохино, вселяет надежду, но Ленинградская область пока не решилась на подобный поступок.

6. Русский классицизм в тверском бездорожье

Тему усадебных церквей, строив­шихся лучшими мастерами в дальней, а теперь совершенно обезлюдевшей провинции, продолжает Владимир­ская церковь в Горницах Тверской области. Это работа одного из интереснейших мастеров русского классицизма, Николая Львова. От Твери 110 км до Кувшиново, оттуда 20 км до деревни Бор и 3,5 км пешком. Церковь строилась в 1795 году по заказу поручика Беклемишева. Помимо нее и заросшего парка от усадьбы ничего не осталось. Прячущаяся в зарослях церковь очень необычна, ее кубический двухъярусный объем крыт двускатной кровлей без полагающейся главы. Крест водружен над колокольней-ротондой, поставленной над главным входом, но не у западного, а у южного фасада. С востока и запада расположены равновеликие апсиды, одна из которых является алтарной. Строго говоря, канон соблюден, но композиция церкви сбивает с толку: она словно повернута на 90 градусов.

В советские годы церковь использовалась как овощехранилище, что все-таки сберегало ее от полного разрушения. Потом памятник пришел в запустение, рухнули своды, планов на реставрацию нет.

Другой львовский шедевр — разрушающаяся на глазах Знаменская церковь в подмосковном Теплом находится в глуши, между Клином и Волоколамском. Она более доступна и в 2007 году была включена в тревожный список Всемирного фонда памятников, что, однако, не дало результатов.

7. Крестьянская классика Зауралья

Великолепные храмы строились не только в дворянских усадьбах. В некоторых регионах, например в Зауралье, крестьяне имели возможность миром скиды­ваться на постройку первостатейных памятников. Покровская церковь, постро­енная в 1816–1873 годах по проекту губернского архитектора Васильева в селе Першинском Курганской области, с ее сложным объемом, пятиярусной коло­кольней, круглой лестничной ротондой при колокольне, оградой с павильоном и воротами классической архитектуры кажется монастырским или соборным комплексом. Деньги на строительство самоотверженно собирали крестьяне четырех окрестных деревень. Сегодня церковь ничья, кровля наполовину утрачена, кирпичная кладка в местах осыпания штукатурки в зауральском климате разрушается быстро.

Курганская область имеет положительный опыт реставрации другого крупного и сложного храма, недавно находившегося в подобном состоянии. Украинско-барочная Трёхсвятительская церковь в селе Карачельском (1771) была отре­ставрирована в 2015 году в рамках федеральной программы «Культура России».

8. Калининградская готика

Поселок Храброво — это бывший Повунден, Восточная Пруссия. Стоящую здесь кирху Святой Барбары начали строить в 1324 году, а закончили к концу столетия. Ее, как и знаменитый Кафедральный собор Кенигсберга, основал епископ Иоганес Кларе. После войны собор был клубом, а с 1970-х годов опустел. Неф утратил кровлю, часть стен разобрана на нужды воинской части, но в 2006 году произошло событие, заставившее заговорить о памятнике: обвалившаяся штукатурка открыла хорошо сохранившуюся фреску с изобра­жением апостола Павла, современную зданию храма, уникальную по возрасту и сохран­ности. И все же никаких мер по консервации не было принято, а кры­ши над развалинами по-прежнему нет.

Этот адрес выбран произвольно среди десятков заброшенных средневековых памятников Калининградской области. Это целый ряд гибнущих храмов и замков XIV–XV веков, по большей части основанных во времена Тевтонского ордена. Наш глаз, к сожалению, привык к виду родных пепелищ и развалин, но гибнущая европейская готика смотрится непривычно. В описаниях многих памятников значится: «Во время войны кирха получила незначительные раз­рушения». Это правда: настоящая разруха пришла ближе к концу ХХ столетия. Сейчас ряд бывших кирх передан РПЦ, в руинах проводятся субботники, но финансирования по-прежнему нет.

Кирха в Алленау (поселок Поречье) начала XV века сохраняет многоярусную башню, несмотря на дыры от снарядов Второй мировой, но высокий готический фронтон, бывший ее наиболее яркой особенностью, рухнул в 2003 году. Совсем недавно, в 2012–2015 годах, полностью разрушилась многоярусная колокольная башня XVI века, сохранявшаяся от кирхи в Гросс-Энгелау (потом поселок Демьяновка, а ныне — полигон Балтийского флота). В официальных документах памятник не значился.